В федеральном суде Окленда 27 апреля начался судебный процесс, в рамках которого Илон Маск судится с OpenAI, ее гендиректором Сэмом Альтманом, президентом Грегом Брокманом и их ключевым партнером Microsoft, требуя до $134 млрд в качестве возмещения ущерба, пишет Bloomberg. Маск обвиняет руководство OpenAI в том, что те отказались от некоммерческого статуса ради собственного обогащения.
Маск вложил в OpenAI порядка $38–45 млн в самом начале, когда компания задумывалась как некоммерческая организация. Альтман, Маск и другие основатели запустили OpenAI в 2015 году именно как некоммерческую структуру, а сам Маск был ее крупнейшим частным спонсором на раннем этапе. С тех пор компания превратилась в корпорацию оценочной стоимостью $852 млрд после получения рекордного объема инвестиций на $122 млрд и готовится к первичному публичному размещению акций. Маск убежден, что Альтман и Брокман нажились на коммерческом развороте, нарушив изначальные договоренности. Всю сумму компенсации Маск пообещал направить в некоммерческое подразделение OpenAI, но его основная цель — вернуть компанию к статусу полноценной некоммерческой организации и снять Альтмана и Брокмана с их постов.
В то же время OpenAI на своем сайте парирует обвинения Маска. Тот в 2017 году сам поддержал переход к коммерческой модели, но при условии, что OpenAI будет объединена с Tesla под его контролем, а когда совет директоров отказал ему, покинул организацию и основал конкурирующий стартап xAI.
Судебный процесс будет разбит на два этапа: первый установит, оправданны ли обвинения, второй определит меру компенсации, если они оправданны. Присяжные вынесут лишь «рекомендательный» вердикт, а окончательное решение примет судья Ивон Гонсалес Роджерс. В числе ожидаемых свидетелей — Маск, Альтман, президент Microsoft Сатья Надела, бывший главный научный сотрудник OpenAI Илья Суцкевер и Шивон Зилис, мать нескольких детей Маска.
Корни конфликта
В декабре 2015 года OpenAI была основана как некоммерческая организация Сэмом Альтманом, Илоном Маском, Ильей Суцкевером, Грегом Брокманом и еще несколькими исследователями — с уставным капиталом в $1 млрд, собранным от частных жертвователей, включая Питера Тиля, Рида Хоффмана и Amazon Web Services. Реальных денег поступило куда меньше — по налоговым документам, к 2021 году поступило лишь около $133 млн.
Предполагалось создать мощную независимую лабораторию, которая займется разработкой искусственного интеллекта в интересах человечества — в противовес Google, Microsoft и другим корпорациям, где ИИ-исследования были подчинены коммерческим целям. На фоне поглощения стартапа DeepMind компанией Google в 2014 году возникновение OpenAI выглядело принципиальным жестом — и некоммерческий статус был политическим манифестом, а не просто юридической формальностью.
Уже в 2017 году Маск писал сооснователям: «Парни, с меня хватит. Это последняя капля», — и грозил прекратить финансирование, если OpenAI превратится в стартап. Альтман отвечал, что по-прежнему верит в некоммерческую модель. В 2018-м Маск ушел из совета директоров, сославшись на конфликт интересов с Tesla. Спустя год OpenAI приняла инвестиции от Microsoft общим размером около $14 млрд и сформировала коммерческую «дочку». После запуска ChatGPT в ноябре 2022 года сервис набрал 100 млн активных пользователей всего за два месяца.
Как разбегались основатели
Маск, который первым из основателей покинул OpenAI, в итоге основал xAI — в марте 2023 года с командой из одиннадцати исследователей — компанию, выпустившую чат-бот Grok в ноябре. В феврале 2026 года SpaceX приобрела xAI в рамках сделки, оценившей объединенную компанию в $1,25 трлн, что стало крупнейшим слиянием в истории.
Вслед за Маском OpenAI покинули брат и сестра Амодеи. Дарио возглавлял исследовательское направление компании и руководил разработкой GPT-2 и GPT-3, Даниэла отвечала за безопасность и регуляторную политику. Дарио Амодеи работал в OpenAI с 2016 года, а в 2021-м вместе с Даниэлой и еще несколькими бывшими сотрудниками основал компанию Anthropic с фокусом на безопасность ИИ. По словам Амодеи, он ушел не из-за сделки с Microsoft, как было принято считать, а из-за принципиального расхождения в видении будущего ИИ и того, как его следует развивать безопасно.
В ноябре 2023 года совет директоров OpenAI внезапно уволил Альтмана, сославшись на утрату доверия. Формулировка гласила, что он «не был последовательно откровенен» с советом, скрывал информацию и вводил в заблуждение относительно процессов безопасности в компании — то есть поставил внедрение новых функций вперед убежденности в их безопасности. Почти всё руководство компании и несколько сотен сотрудников пригрозили уволиться, если его не вернут, инвесторы давили на совет. Через пять дней Альтман был восстановлен в должности, а состав совета директоров — полностью обновлен.
Вскоре после этого компанию покинул Илья Суцкевер — один из основателей и главный научный директор, который, по имеющимся данным, сам проголосовал за увольнение Альтмана, а потом передумал. Суцкевер объяснил уход желанием заниматься исследованиями безопасности и основал собственную компанию Safe Superintelligence. Незадолго до ухода из OpenAI он говорил команде, что после создания общего искусственного интеллекта им понадобится бункер и что правительства всего мира захотят получить этот инструмент.
Питер Тиль, один из первых инвесторов OpenAI, пошел другим путем. Компания Palantir, основанная в 2003 году Алексом Карпом и Тилем при последовавшей вскоре поддержке венчурного подразделения ЦРУ In-Q-Tel, начинала как разведывательный подрядчик государства в эпоху борьбы с терроризмом после теракта 11 сентября 2001 года.
В апреле 2026 года Palantir опубликовал 22-пунктный «манифест», продвигающий военную обязанность, приоритет «жесткой силы», сотрудничество большого технологического бизнеса с оборонным ведомством и ценности превосходства западной цивилизации. Критики немедленно назвали документ «технофашистским», поскольку он открыто враждебен либеральной демократии, отвергает плюрализм мнений и эмпатию в пользу постоянных войн. Palantir разрабатывает базы данных целеуказания для израильских военных и заключил контракты с администрацией Трампа на создание системы слежки за мигрантами.
Что будет дальше
Независимо от исхода судебного процесса, на заседаниях будут обнародованы внутренняя переписка и финансовые документы, которые OpenAI предпочитала не демонстрировать. Как отмечает в интервью Bloomberg профессор права Дороти Ланд из Колумбийского университета, «ставки чрезвычайно высоки для OpenAI, почти экзистенциальны: Маск добивается вещей, которые могут означать конец компании» (имеется в виду возвращение к статусу некоммерческой организации).
В день начала процесса Microsoft и OpenAI объявили о пересмотре партнерского соглашения. Microsoft отказывается от эксклюзивного права перепродавать модели OpenAI на своем облаке в обмен на то, что сама OpenAI перестанет платить ей долю с собственных продаж. Теперь модели ChatGPT смогут появиться на Amazon Web Services и других конкурентах Azure. Microsoft при этом сохраняет статус «основного облачного провайдера» и будет получать отчисления от OpenAI до 2030 года, вне зависимости от того, достигнет ли компания общего ИИ. Таким образом были смягчены условия сотрудничества перед публичным размещением акций.
